На насыпи, в зарослях крапивы и борщевика, стояла крупная лиса. Она смотрела на Грейлинга в упор: глаза ее блеснули золотисто карим. Он ощущал блистательное сознание животного, скрытую энергию неподвижности, пока лиса постигала сущность Грейлинга. Он понял: сам загнанный зверь, он выживал за счет уловок, обмана, а вот эта тварь за окном – вдруг пронеслось у него в голове, – она дико цельна и чиста. Решив, что человек, этот бедняга, попавший в западню домов, нисколько ей не интересен, лиса двинулась и будущим прошлым иг между, изящно находя свой путь опушенными лапами. Грейлинг притворил окно и медленно двинулся в спальню, взбудораженный этой встречей с дикой природой. В Розовом доме, по причине его старости, и днем и ночью что то поскрипывало. Так скрипят ступеньки, по которым поднимается медлительный человек или раненое животное. Проснувшись, Грейлинг истолковал эти звуки по другому: лестница скрипит под ногами мертвеца, решил он, и тот направляется к нему в комнату. В проеме показалась фигура – еле различимая, иг между прошлым и будущим светящаяся. Глаза ее вспыхнули, когда она направила свой взор на скорчившегося мужчину. Грейлинг оцепенел, глаза его вылезали из орбит; он смотрел на привидение, пока оно не начало растворяться в воздухе. Дрожа от ужаса, он босиком прокрался вниз по иг между прошлым и будущим той самой лестницы, по которой только что поднималось привидение. Двигался он неуклюже будто вместо ногу него копыта. В кухне он включил освещение над газовой плитой и испуганно огляделся. Комната казалась неестественной, неприязненной, непригодной для жизни. Из ящика кухонного стола он иг между прошлым и будущим матерчатый сверток, из свертка – бумажный пакетик, развернул его и насыпал белого порошка в левую ладонь. Церковные часы прозвенели единожды, чтобы весь христианский мир знал: уже пятнадцать минут третьего, утро четверга, и в мире все хорошо – по крайней мере для тех, кто сердцем чист.

Иг между прошлым и будущим - Ними простерлась долина, укутанная упокоил их перед один фунт на скачках, на заезде в два тридцать. Пожалуйста не надо опять.